all these moments will be lost in time
9 September
?
Я выхожу из интернета на телефоне, а он спрашивает: "Вы уверены?".
Я уверенно закрываю работу, но в ответ: "Вы точно не хотите сохранить документ?".
Я всего лишь останавливаю скачивание очередного учебника, однако на экране снова ждет вопрос о верности принятого решения. Терминалы для приема платежей переспрашивают по два раза мой ли это номер телефона, программы заваливают сомнениями о принятии условий пользовательского соглашения и духовка колеблется по поводу верности выбранного режима готовки, будто это спасет стоящее в ней блюдо.
Почему никто не спрашивает в здравом ли я уме, чтобы отправлять человеку такое сообщение, уверена ли в ответе на экзамене и может стоило бы хоть немного учить, не хочу ли сохраниться, прежде чем переходить в этом месте дорогу, достаточен ли уровень опьянения, чтобы смотреть сентиментальные фильмы и через сколько произвести автоматическое отключение сарказма? А ведь было бы непозволительно удобно. И автоматическое включение рассылки прощаний таинственным собеседникам, во время ночных разговоров с которыми ты уснул, считая туманности на старой карте звездного неба.
Нашла подходящий для себя способ самоубийства. Осталось лишь придумать, как выпить сто пятьдесят чашек эспрессо залпом.
6
7 September
завтрак. переписанное-душевное-к прочтению.
Если утро начинается с растворимой, зато собственноручно приготовленной детской каши Nestle и с чая с бергамотом из зимних запасов, что не в меру крепко заварен и сладок, значит сегодня до тебя будут доноситься только приглушенные звуки и теплый свет, словно этот день заботливо накрыли сверху вязаным пледом.
Липкая, но полезная каша да истинный британский чай с запахом Индии, подаренный, к тому же, на новый год одним молодым человеком, который теперь дарит чаи кому-то другому. Согласитесь, это не завтрак супергероя.
На моей кухне нет телевизора, но есть окно, в котором без помех показывают туманные будни с моросящим, мерзнущим от собственной меланхоличности, дождем, татуированный цветными мелками асфальт у детского сада, старинные качели с некогда яркой, а теперь облупившейся краской и средневековые витражи посольства напротив.
Открыв привычным жестом новостную ленту, проверив электронную почту, четыре аккаунта, три блога, один тлог, пропущенные звонки, входящие смс с нежными посланиями от оператора и дышащей нежностью рекламой - в общем, безукоризненно выполнив все пункты современного утреннего туалета и почувствовав себя достойным представителем XXI века, не оторванным от реальности, ты спокойной, размеренной поступью уверенного в себе и в завтрашнем дне человека отправляешься чистить зубы.
Бывают такие утра, а может быть утры, когда каждый нормальный человек, повинуясь зову крови и предков, планирует отправиться на поиски как можно более веселых и эксцентричных приключений во имя собственной задницы. Бывает, что, толком еще не открыв глаза под идеальной тяжестью одеяла, хочется отложить все великие и не очень дела на завтра.
А иногда тебе достаточно одной большой и красивой кружки с теплом молекул воды/любящих сердец/новых серий долгожданного сериала и возможности не выходить из дома, размеренно наблюдая за передачей по единственному каналу своего окна без штор.
2
6 September

Снусмумрик

Со стороны кажется, будто жизнь застопорилась, хотя это не так. Ничего, о чем стоило бы рассказать, не происходит; ничего такого, о чем стыдно было бы рассказать, тоже. Но за этой спокойной, прозрачной пеленой легкого осеннего воздуха скрывается активная жизнь человека, который твердо поставил себе цель стать угрюмым философом и подозрительным одиночкой. И, надо отдать себе должное, у меня получается.
Жизнь в другой реальности, которая была трудолюбиво соткана из подручных материалов человеком, упорно отдающим предпочтение левой руке: не такая суетливая, не такая беспокойная, я не тычу назойливо палкой в клубок Вселенной, а она не кидает в меня камнями - справедливо.
Променяла свой день на ночь по очень хреновому курсу, но и это меня устраивает. После полуночи я веду приглушенные разговоры со своими мыслями, а иногда и с людьми, которых встречаю на плохо освещенной, пропитавшейся теплотой и запахом кофе, кухне, как правило, в четыре часа утра, хотя кто смотрит на часы в такие моменты в небольшом кусочке города с замеревшим временем? И мы вместе задаемся вопросами о бессмертных душах, удивительном разуме, непостижимой гармонии и необъятности тайн, горячо спорим, а потом миролюбиво расходимся, продолжая дискуссии и полемику в головах.
Это, может быть, очень не вовремя взятый творческий отпуск.

#np
Goldfrapp – Annabel

0
Думаю все это время, вот только не о проблемах мироздания, а о чем-то приземленном и насущном.
Мир сдвинулся с места, я до сих пор не могу определиться, вскочить на его ось, давшую сильный крен влево, или переминаться с ноги на ногу там, где стою.
Скоро будет текст. Пора брать себя в руки и начинать жевать коричную жвачку, ведь скоро зима.
0

Этой ночью Summer спит.

2
5 September
13
4 September
глас в пустоту
Если вдруг кому-то интересно что и как я рисую, то вы скажите.
12
3 September
Не знаю как, когда и почему умру, на чьих руках и под какую музыку свершится это действо, но в своем завещании я напишу: "Находясь в трезвом уме и твердой памяти, все деньги потратила при жизни".
1
под Notre Dame de Paris
Осень принесла с собой то ли ощущение безнадежности, то ли удивительное чувство, сочетающее умиротворенность и неуловимое, но звенящее волнение. Когда догадываешься о грядущих переменах достаточно давно, чтобы успеть смириться с ними, но результат неуловим, а потому тревожно на душе и трудно усидеть на месте.
Очень сложно меняться, не понимая, что именно теперь будет иначе. Прислушиваясь к себе каждую минуту бодрствования, начинаешь замечать, что ты вообще не нужен, что все произойдет и так, останется лишь только притереться и научиться жить немного по-другому. Это заставляет нервничать, но одновременно успокаивает, как будто ты переложил ответственное задание на чьи-то прямые (а, может, покатые) плечи и если результат не оправдает надежд, то это будет не твоя вина, но для обычного стороннего наблюдателя тебе слишком сильно хочется, чтобы все удалось.
0
1 September
Письменный стол погребен под невероятным количеством мятой, сложенной вдвое или вчетверо, нелинованной бумаги. А теперь прочитайте, как: "Столешница завалена грудой макулатуры, переживающей не лучшие свои времена".
Эскизы и незаконченные рисунки, которые были относительно аккуратно утрамбованы в специальную папку отвратительного жизнеутверждающего цвета, находятся в основании пирамиды. На пике балансирует трудолюбиво исписанная теорией древневерхненемецкого языка стопка бумаги, и даже тот факт, что сей прародитель современного языка родины Эрнста Теодора Амадея Гофмана звучит, как эльфийский, не умаляет моей к нему неприязни. Единственной причиной, по которой она до сих пор не оказалась в мусорном ведре, служит то, что на импровизированных, мысленно очерченных полях листов А4 формата записаны обрывки четверостиший, двустиший, а иногда и по одной строчке от стихотворений, уже законченных где-то в подсознании, но еще не скоро приведенных в подобающий вид.
Размышления о Боге и человеке, перемежающиеся с грамматикой и морфологией древнего прилагательного. Строфы о жизни с вкраплениями бесценных знаний о том, что в 788 году на народном собрании, где присутствовали франки и лангобарды, а также саксы и бавары, был осужден герцог Тасило за преступление quad theodisca lingua harisliz dicitur (которое на народном языке называлось дезертирством). Лекция же о немецких территориальных диалектах, по увлекательности с которой сравнится лишь только лекция об аблауте и аналитических формах, наполовину состоит из схематичных портретов преподавателя с некорректными подписями, хотя один из профилей перекрывает строчка "… и читали молитвы в них люди со стонами". К сожалению, эффект сглаживается соседним жирно написанным и подчеркнутым словом "Палатализация!".
Наверное, люди, как эта бумага - помятые, немного рваные или педантично сложенные, со странным узором ручкой или карандашом из пары-тройки языков, яркими пометками прямо в середине текста и странными записями, смысл которых ты не можешь разобрать уже на следующий день, забывающимися датами и несколькими десятками важных правил рядом с зачеркнутыми попытками сформулировать то, для чего нет формулировок.
7
31 August
Не причиняйте людям добро!
Они думать станут натужно
И решить смогут только одно:
Что Вам от них что-нибудь нужно.

Перестаньте быть пацифистом,
Довольным нынешним веком.
Будьте грубым, злым эгоистом,
В общем, простым человеком.
30 August
о том, как я пишу курсовую
Начну писать курсовую ЗАВТРА К УТРУ УЖЕ ГОТОВО ВСЁ ПЯТЬДЕСЯТ СТРАНИЦ ГЕНИАЛЬНОСТИ КВИНТЭССЕНЦИЯ АКТУАЛЬНОСТИ ВЕРХ НОВИЗНЫ НАУЧРУК ПОКА ЧИТАЛ У НЕГО ОМЛЕТ ПОДГОРЕЛ ЗВОНИТ ГОВОРИТ ДАВАЙТЕ ИЗДАДИМ ВАШУ РАБОТУ МИЛИОННЫМ ТИРАЖОМ ЭТО ЖЕ БЕСТСЕЛЛЕР А ПОТОМ В КАБАК ПОЙДЁМ СЕГОДНЯ УГОЩАЮ ЗАВТРА УГОЩАЮ ПО ЖИЗНИ УГОЩАЮ ВАС ТЕПЕРЬ ОТЗЫВ СДАМ ЗАЩИТИТЕСЬ НА ОТЛИЧНО РУКОПИСИ НЕ ГОРЯТ
(с)
0
29 August
пишу о том, что хорошо знаю, умею и часто практикую
Каждые двадцать четыре часа одни засыпают в неположенное время, другие - с неподходящими людьми, третьи - в неподобающем месте, а малочисленные искушенные не могут уснуть вообще.
Запутавшись в простыне, навевающей отныне трагичные мысли о погребальном саване, и нещадно обругав одеяло, которое твердо решило выкурить хозяина из постели, ты тяжело, но не без особого изящества пьяного вепря встаешь с кровати. Во взлохмаченную голову не приходит ничего оригинальнее проверенных дедовских, старых, как шутки про евреев, в общем - олдскульных методов по борьбе с бессонницей, чьи свинцовые пальцы отныне заменяют голове подушку.
Терпения хватает только на небольшое стадо изрядно потрепанных и явно недоедающих овец, гонимых шалуньей-судьбой на амбразуру дзота твоего воображения. До более успокаивающего стакана теплого молока лежит не менее кровавая дорога на кухню. Смертельно раненый и несколько раз убитый личными монстрами из темного коридора, ты - бледный рыцарь под рваным стягом, пристыженный тщеславной стороной своего эго, добираешься до пункта назначения, и особая ночная мудрость подсказывает, что пережить случившееся поможет лишь кофе по-ирландски (с учетом, что ирландской составляющей будет больше, чем кофе) и бутерброд.
А спустя два часа ты придерживаешь пустую кружку, стоящую на колене, с неприлично рассеянным и спокойным выражением лица смотришь в окно, вероятно, надеясь узреть там что-то достойное сорокачасового бодрствования.
22
9 August
Я бы хотела написать что-то емкое, по-особенному простое и очевидное, без лишних эпитетов и обильного количества запятых, которые тянут ко дну каждое мое предложение, выражая, быть может, подсознательное нежелание заканчивать и покидать.
Перечисленные действия входят в бесконечный список совершаемых всеми людьми великих глупостей и великих мудростей. Тех самых, что приходится делать с печатью вселенской скорби на бледном лице и тщательно скрываемой полуулыбкой в краешке губ, предательски нарушающей почти идеальный трагизм ситуации.
Одни безапелляционно изрекают нерушимые истины вместо приветствий и "Алло" в телефоне, другие жгут спички да ритмично барабанят пальцами по едва теплой поверхности стола в поиске слов, что смогут укутать читающего в теплый кокон другой реальности с чужими запахами, чужими разговорами, чужими мыслями и чужими чувствами, существовавшими до этой поры лишь в голове автора, в том ее непроветриваемом углу, который периодически необходимо опустошать. Тогда не прошуршит тихий взрыв и не погребет мир под обрывками вырванных из контекста двусмысленных фраз, незаконченных предложений, еще никем не произнесенных слов.
Что ценней? Что хотите услышать вы?
17
28 July
Я в чужом городе, в чужой квартире и даже, кажется, в чужой реальности лежу под пледом рядом с кружкой крепкого ягодного чая, мой друг спит.
Наконец-то там и с тем, с кем и где хотела быть последние три месяца. А именно - одна с еще одним таким же дураком и Пратчеттом под подушкой.
Но от того, что это уже началось, стало слишком очевидно, что это закончится.
Синдром внезапной грусти - это когда объективных причин для грусти нет, но внезапно охватывает чувство отчужденности от самого себя.
Поговорите со мной.
2
background-color:rgba(255, 255, 255, 50) !important;